Нерыночные сделки в банкротстве: допустимый порог занижения цены

Распространенный способ увеличить конкурсную массу — оспорить сделки, совершенные по нерыночной стоимости. Арбитражные управляющие и кредиторы целенаправленно ищут такие сделки, где цена была занижена по сравнению со сложившимся уровнем цен на рынке, т.е. рыночной ценой.

С точки зрения закона, неравноценность встречных предоставлений в сделке должника является одной из форм причинения вреда. Фактически это означает, что накануне банкротства имущество должника было выведено, а контрагент получил необоснованную выгоду, что напрямую ущемляет права кредиторов.

Важно понимать, что понятие неравноценности является оценочной категорией, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены, хотя, будем честны, они вырабатываются практикой и совсем не учитывать их было бы ошибочным.

Как правило суды в таких делах исследуют конкретные обстоятельства совершения сделки, понимая, что рынок активов и формирования цены — сложная материя. Не всегда действительное занижение цены связано со злым умыслом в преддверии банкротства. Иногда это попросту объясняется жизненными обстоятельствами, необходимостью как можно скорее продать актив, переездом, торгом, неликвидностью актива, состоянием актива и пр.

К примеру, достаточно сложно определяется рыночная цена элитной недвижимости, в связи с тем, что большая часть объявлений о продаже не выходит на открытый рынок, а информация распространяется среди агентств, риелторов и «своих». В одном из наших таких последних дел мы столкнулись с тем, что буквально за 1 год цена на элитный жилой дом и премиальный земельный участок выросла в 2 раза, что вызвало недоумение суда и необходимость нашей стороны подтвердить объективные причины такого изменения.

Самый распространенный вопрос, который мы получаем от клиентов, чья сделка оспаривается звучит так: «У нас в сделке, действительно, была выгодная цена, занижение от рынка составило примерно (тут у каждого свой процент). Мою сделку суд оспорит?».

В данной статье мы рассмотрим допустимые пределы занижения рыночной стоимости из банкротной судебной практики, которые сформировались в обособленных спорах о признании сделок недействительными.

Как правило, особый интерес представляют дела, где сделки оспариваются по основанию занижения цены отчуждения активов. Скажу сразу, что при поиске практики ставила перед собой цель найти наибольшие отклонения, не воспринятые судом в качестве нарушения.

Такие сделки по банкротному закону называются подозрительными, а возможность их оспаривания закреплена в ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Большинство сделок в банкротстве оспаривается именно по данной статье.

Закон разделяет два основания для оспаривания подозрительных сделок. 

Первое основание нашло отражение в п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Для оспаривания сделки по первому основанию, заинтересованной в оспаривании стороне, нужно доказать в совокупности:

• Специальный срок совершения сделки. Сделка должна быть совершена в течение одного года до принятия судом заявления о банкротстве или после принятия этого заявления.
• Неравноценное встречное исполнение. Другая сторона сделки предоставила должнику исполнение, существенно худшее по сравнению с переданным должником. Это проявляется в двух формах: либо цена или иные условия сделки существенно хуже для должника, чем условия аналогичных сделок в сравнимых обстоятельствах, либо рыночная стоимость переданного должником имущества или исполнения существенно превышает стоимость полученного им от контрагента.

Второе основание нашло отражение в п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Для оспаривания сделки по второму основанию, заинтересованной в оспаривании стороне, нужно доказать в совокупности:

• Сделка совершена с целью причинить вред кредиторам.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества + сделка была безвозмездной (дарение), либо с заинтересованным лицом, либо сделка была направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо сделка на сумму от 20% активов (для банков — 10%), либо должник скрыл имущество, исказил документы или сменил адрес, чтобы уклониться, либо должник продолжал пользоваться якобы переданным имуществом.

• Сделка совершена в течение 3 лет до или после принятия заявления о банкротстве.
• В результате причинен вред кредиторам.
• Вторая сторона знала об этой незаконной цели (знание предполагается, если она — заинтересованное лицо или знала/должна была знать о признаках банкротства).

Как правило, если при оспаривании сделки на основании п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суды в первую очередь руководствуются критерием СУЩЕСТВЕННОСТИ (более 30 %) отклонения цены, то при оспаривании сделок по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» судами применяется критерий КРАТНОСТИ отклонения цены.

При этом, судебная практика по такой категории дел не отличается единообразием даже в одном регионе.

• «При оспаривании на основании п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки должника, заключенной с независимым лицом, необходимо применять критерий кратности превышения цены имущества, определенной в оспариваемой сделке, над его рыночной ценой» (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа).
• Интересно, что абсолютно иная позиция изложена в том же регионе в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 02.12.2024 № Ф06-2870/2024: «Критерий кратности (предоставление должником в два и более раза выше полученного взамен) применим к сделкам, оспариваемым по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (совершенным в целях причинения вреда кредиторам), а для целей признания сделки недействительной по правилам п. 1 названной статьи этот критерий не имеет значения».

Очень важно, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.  

Как сказал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Так, грубо говоря, в подобных спорах остается большое пространство для судебного усмотрения и не всегда в сделке с примерно одинаковым занижением цены одинаковая судьба при оспаривании.

Судебная практика по оспариванию на основании п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

• Занижение на 28.78% несущественное, что следует из Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2) по делу № А40-54535/2017.
• Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 по делу № 306-ЭС21-4742, А12-42/2019: «Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.). По мнению Судебной коллегии, в данной ситуации само по себе отклонение стоимости автомобиля на 22,8% от цены, определенной в результате экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого транспортного средства для общества было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения. Однако подобные обстоятельства судами не установлены».

Судебная практика по оспариванию на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Следует заметить, что закон установил достаточно жесткие последствия сделки, признанной недействительной по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»: содействие достижению противоправной цели влечет не только возврат покупателем приобретенного им имущества в конкурсную массу должника, но и субординирует требования такого кредитора (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В реальных условиях банкротства, когда нередко не погашаются даже требования кредиторов третьей очереди, такие меры по своей экономической сути приближены к конфискационным.

В связи с этим осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности.

Применение кратного критерия осведомленности значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота.

К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики.

• Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 № 09АП-87/2024: «Руководствуясь стоимостью помещения по Договору (13 055 220 руб.) и оценкой, представленной финансовым управляющим (18 195 000 руб.), суд применил критерий кратности и пришел к выводу, что отклонение цены составляет 28,25% и не может свидетельствовать о заведомом причинении вреда имущественным интересам кредиторов».
• Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 02.10.2023 № Ф06-25244/2022: «В данном же случае, разница между общей договорной ценой двух взаимосвязанных сделок (1 270 000 руб.) и совокупной рыночной стоимостью отчужденных по ним транспортных средств (1 771 100 руб.) составила 28%. Такое расхождение не является существенным, не отвечает критерию кратности, а значит, его наличие не является достаточным основанием для вывода о неравноценности полученного должником по указанным сделкам встречного предоставления и для признания взаимосвязанных сделок недействительными на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве».
• Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2024 № 15АП-5668/2024 по делу № А53-33595/2021: «Поскольку цена отчуждения автомобиля по оспариваемой сделке составляет 1 000 000 рублей, а по результатам экспертизы сделан вывод, что его рыночная стоимость на дату договора 1 653 136,88 рублей, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда о том, что цена реализации автомобиля составляет на 39,51% ниже установленной по результатам экспертизы, что не является существенным и не может свидетельствовать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.
• Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12.11.2024 № Ф06-8107/2024 по делу № А65-31537/2022: «Сопоставив рыночную стоимость транспортного средства, определенную оценщиком, с его стоимостью, согласованной сторонами сделки, суды установили, что имущество должника отчуждено по цене, заниженной на 40 %».
• Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 23.10.2023 № Ф10-4509/2020: «По вопросу неравноценности суды указали, что, как следует из заявления финансового управляющего, им определена цена земельных участков на момент продажи, которая, по его мнению превышает договорную стоимость на 50%».

При этом заявитель не лишен возможности приводить убедительные доводы, которые позволили бы отойти критериев кратности применительно к конкретному обособленному спору. Критерий кратности не исключает возможности в иных случаях обосновать применение более низкого критерия, например, если объект продажи широко востребован на рынке, спрос превосходит предложение.

Несмотря на тот факт, что в 90 % подобных дел проводится оценка активов, суды обращают внимание и на кадастровую стоимость объектов.

• Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2022 № 305-ЭС21-21196(5): «Вместе с тем суд принял во внимание, что кадастровая стоимость земельного составляет 1 642 417 руб., средняя рыночная стоимость недвижимости согласно представленному конкурсным управляющим заключению специалиста от 20.01.2020 — 2 050 888 руб. Таким образом, установленная спорным договором цена ниже кадастровой стоимости в семь раз, рыночной — более чем в девять раз. Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения».
• Определение Арбитражного суда Московской области от 10 ноября 2025 года: «Как видно, сделка по отчуждению должником имущества была совершена должником цене, превышающей кадастровую стоимость более, чем в 1,5 раза».

Скажу по практике наших дел, что не всегда сделки, отклоняющиеся от рыночной цены более чем на 30 % или даже 50-70 % заключаются со злым умыслом причинения вреда. Жизнь сложнее права, именно поэтому суд обязан исследовать все обстоятельства конкретной сделки.

Участникам оборота, выгодно купившим активы, необходимо быть готовыми документально обосновать экономическую логику установленной цены, подробно раскрыть обстоятельства заключения сделки. Даже занижение, превышающее 30-50 %, не гарантирует оспаривания, если оно объективно обусловлено рыночными факторами. В то же время не всегда отклонение менее 20-30 % является абсолютной защитой, если управляющий докажет иные признаки направленности сделки на вывод активов или, например, аффилированность.

Таким образом, «допустимый порог» занижения цены — это не жесткая цифра, а гибкая граница, определяемая в каждом споре совокупностью количественных показателей и качественной оценки обстоятельств совершения сделки.