Мир без чертежей: как BIM-технологии переписывают правила строительства

Представьте: нужно построить бетонный мост длиной 634 м. Внутри — более 200 тыс. арматурных стержней, под ним — река, железная дорога и сложный рельеф. Команда работает в пяти странах, а традиционных чертежей не будет.

Именно так построили мост Рандсельва в Норвегии. Источником информации стала BIM-модель: на площадке ее открывали на планшетах, для отдельных операций тестировали дополненную реальность.

Для меня важен не отказ от чертежей, а вывод: сложный объект можно реализовать, если все работают с единой и проверяемой информацией.

250 тысяч объектов в одной модели

По данным buildingSMART International, модель Рандсельвы содержала более 250 тыс. конструктивных объектов в формате IFC и свыше 200 тыс. арматурных стержней. Через IFC передали 95% проектной информации.

Открытый формат позволил команде обмениваться данными без привязки к одной программе. Модель стала общим инженерным языком.

65% проектов — что стоит за этой цифрой

По оценке отраслевого издания Estate Innovation, около 65% строительных проектов в мире используют BIM-технологии. При этом более 52% новых проектов применяют облачные BIM-решения, а в ряде стран использование BIM является обязательным для реализации крупных инфраструктурных проектов.

Рынок растет, но аналитики считают его по-разному

Meticulous Research, IMARC Group и Fortune Business Insights расходятся в деталях, но сходятся в главном: мировой рынок BIM продолжит расти. По их прогнозам, его объем увеличится примерно с $9–10,6 млрд в 2025–2026 годах до $27–32,5 млрд к середине 2030-х. Ожидаемый среднегодовой рост — около 12–13%.

Почему показатели разных стран нельзя сравнивать напрямую

По данным NBS, BIM внедрили 70% опрошенных специалистов британской строительной отрасли. В России ТИМ применяют или пилотируют 49% застройщиков, сообщает Правительство России со ссылкой на ДОМ.РФ. В Германии BIM-программы используют 18% опрошенных строительных и отделочных компаний, следует из исследования Bitkom.

Но это не рейтинг стран. NBS опрашивает специалистов, ДОМ.РФ учитывает застройщиков, Bitkom — компании. Различаются выборки и критерии внедрения, поэтому сравнивать эти проценты напрямую нельзя.

Отличаются и подходы. В Великобритании UK BIM Framework включен в ожидания государства от участников общественных проектов. В США BIM применяет федеральный заказчик GSA, в Сингапуре цифровые модели связывают проектирование, строительство и эксплуатацию. В странах ЕС практика остается неравномерной.

При всех различиях BIM решает схожие задачи: помогает координировать проектные разделы, определять объемы, планировать сроки, контролировать строительство и готовить данные для эксплуатации.

96 тысяч коллизий в одном проекте

В российской практике показателен проект резиденций Quartier d’Or, или «Золотой квартал», в Москве. В 2024 году девелопер Rariteco сообщил о 96 тыс. выявленных коллизий. На момент публикации 70% из них были устранены, а до 95% проектных решений выпускалось на основании информационных моделей.

Коллизией может быть любое зафиксированное пересечение, а их количество зависит от детализации и настроек проверки. В работе с координационной моделью я оцениваю не общее число коллизий, а их критичность и последствия для строительства. Важнее, сколько существенных проблем закрыто до выхода на площадку.

Проверка продаваемых площадей дала отдельный результат: после исправления ошибок доходная часть увеличилась на 160 млн руб. Это не означает, что 96 тыс. коллизий принесли 160 млн: речь о двух эффектах одной системы, данные приводит девелопер.

BIM — это не красивая трехмерная картинка

Системы автоматизированного проектирования заменили кульман, но сохранили логику листа. BIM изменил способ работы: сооружение стало системой связанных объектов.

Возьмем дверь. В трехмерной модели это форма и размер. В информационной — материал, огнестойкость, назначение и данные для закупки или эксплуатации.

Но модель не знает стоимость двери или срок поставки, если эти сведения не внесли. Поэтому BIM начинается с вопроса: какие решения мы хотим принимать на основании модели? Эта логика соответствует стандартам ISO 19650 по управлению информацией на протяжении жизненного цикла объекта.

Компьютер находит проблему, инженер принимает решение

Каждый раздел проекта может быть выполнен правильно, а ошибка появится на стыке: воздуховод пересечет балку, трубопровод попадет в лестничный марш, кабельная трасса займет место оборудования.

Дисциплинарные модели объединяют в координационную. Программа показывает пересечения, а специалист оценивает их, назначает ответственного и контролирует исправление.

BIM не проектирует вместо инженера, а раньше показывает последствия решений. Ошибку находят не при монтаже, когда материалы закуплены, а в цифровой среде, где ее быстрее и дешевле исправить.

Купить программу недостаточно

В проектной работе я вижу: BIM остается дорогой визуализацией, если внедрение ограничивается покупкой программы.

До моделирования нужно определить задачи, состав информации, ответственность и формат результата. Нужна и среда общих данных для актуальных моделей и документов. Иначе специалисты могут работать с разными редакциями проекта.

А где здесь цифровой двойник

Проектная модель показывает, что должно быть построено. Исполнительная фиксирует результат работ. Цифровой двойник идет дальше: получает актуальные данные реального объекта — от показаний датчиков до истории обслуживания.

Если модель не обновляется, она остается электронным архивом. Основой цифрового двойника она стать может, но самим двойником — нет.

Мир без чертежей не означает исчезновения двумерной документации: она сохранится там, где нужна стройке, экспертизе и нормативным процедурам. Но чертеж перестает быть единственным источником информации.

Рандсельву построили без традиционных чертежей благодаря согласованной структуре данных, форматам обмена и правилам совместной работы. Основные противоречия перенесли со стройки в цифровую среду — до того, как воздуховод встретится с балкой, а ошибка превратится в счет от подрядчика.

Следующий вопрос — как сохранить эту логику в России при переходе на отечественные программные решения и не свести импортозамещение к замене одной программы другой. Об этом — в следующем материале.