Светлана Красносельская: сегодня счастье все чаще путают с достижениями

Светлана, в начале года многие ставят цели, подводят итоги. Почему при внешнем успехе люди все чаще говорят о внутренней пустоте?

Потому что счастье давно перестало быть функцией достижений. Современная психология показывает: устойчивое благополучие определяется не тем, что человек имеет, а тем, в каких отношениях он живет.

Можно быть успешным профессионалом, финансово стабильным, но при этом чувствовать хроническую усталость и одиночество.

И наоборот — люди с теплыми, устойчивыми связями легче переживают кризисы и сохраняют ощущение смысла даже в сложные периоды.

На какие научные основания вы опираетесь, говоря о связи счастья и отношений?

В позитивной психологии есть модель PERMA Мартина Селигмана. И один из ее ключевых элементов — Relationships, то есть значимые отношения.

Исследования показывают: именно качество отношений сильнее всего влияет на субъективное ощущение счастья, устойчивость к стрессу и способность адаптироваться к изменениям, а первая система, в которой человек учится выстраивать отношения, — это семья.

Что именно формирует семья с точки зрения системной психологии?

Семья — это малая социальная система, где человек осваивает базовые навыки жизни в обществе.

Здесь формируются роли, способы реагирования на конфликт, стиль общения, отношение к себе и другим.

В семье человек учится:

• быть в контакте или избегать его,
• брать ответственность или перекладывать ее,
• договариваться или подавлять.

Эти паттерны потом переносятся в бизнес, партнерство, родительство. Поэтому, когда мы говорим о личной эффективности или счастье, невозможно обойти тему семейных систем.

Какие семейные роли чаще всего мешают людям чувствовать себя счастливыми?

Есть несколько очень устойчивых ролей. 

Например, «спасатель» — человек, который берет ответственность за всех и постоянно выгорает.

Или «жертва» — тот, кто отказывается от себя ради принятия.

Или «контролер», который стремиться управлять всем, потому что внутри много тревоги.

Эти роли могут выглядеть социально успешными, но именно они лишают человека ощущения радости и устойчивости. Осознание своей роли — первый шаг к изменению качества жизни.

Получается, личные цели не всегда ведут к счастью?

Да. Цели, вырванные из контекста отношений, редко дают удовлетворение. Если человек живет в постоянном напряжении, без поддержки и диалога, любые достижения становятся хрупкими.

Семья в этом смысле — не фон, а ключевой ресурс устойчивости. Именно поэтому сегодня все больше внимания уделяется не только целеполаганию, но и тому, в какой системе связей живет человек.

Вы являетесь главным экспертом Института семьи. Что вы вкладываете в это понятие?

Для нас Институт семьи — это не формальная структура и не юридическое определение. Это культура отношений, на которой держится общество.

Когда мы говорим «семья как институт», мы говорим о том, как люди умеют быть рядом: как разговаривают, как слышат, как решают конфликты, как поддерживают друг друга.

Это та среда, где формируются навыки, которые потом невозможно «починить» на уровне бизнеса или государства: доверие, эмпатия, способность к сотрудничеству. Именно поэтому разговор об институте семьи — это разговор о будущем общества.

Что получают люди, приходя в проект Института семьи  Федерации помогающих профессий?

Прежде всего — понимание. Понимание того, как устроены семейные системы, роли, сценарии и почему они влияют на всю жизнь человека.

Проект Института семьи — это пространство:

• осознанного разговора о семье без идеализации и обвинений;
• обучения взрослых и специалистов системному взгляду на отношения;
• поддержки родителей, которые хотят воспитывать детей без давления и тревоги;
• объединения коучей, психологов и педагогов вокруг единой ценности — зрелых отношений.

Наш проект нацелен на возвращение семье ее ключевой роли — быть местом, где человек учится быть человеком.

Если подытожить: что сегодня важнее всего?

Понять, что счастье — это не цель и не награда за достижения, а индикатор качества связей, в которых живет человек.

Оно показывает, есть ли в этих связях опора, уважение, возможность быть собой и развиваться без страха.

Если мы хотим устойчивых людей, способных принимать решения и не разрушаться в кризисах, если мы говорим о сильных семьях, ответственном родительстве и зрелом обществе, начинать необходимо именно с семьи — как базового социального института, где формируется человеческая устойчивость.

Институт семьи — это не абстракция и не идеология. Это будущее, которое мы создаем каждый день: в том, как разговариваем с близкими, как распределяем роли, как учим детей справляться с трудностями и как сами выбираем быть в контакте, а не в отчуждении.

И именно от этого выбора зависит качество жизни не только отдельных людей, но и общества в целом.