Кто летит в Россию за красотой и почему. Интервью Александра Косенко

Российская косметология переживает ренессанс. Пока одни спорят о трендах, другие уже голосуют рублем — и не только российским. В прошлом году рынок косметологических услуг вырос на 30-40%, а в клиники все чаще заглядывают гости из Казахстана, ОАЭ и даже Европы. Как так вышло, что Россия стала точкой притяжения для beauty-туристов и почему здесь едут не за уколом, а за стратегией на годы вперед, мы поговорили с основателем сети клиник управления возрастом «Альфа Эпоха» (ex. «Медлайн») Александром Косенко.

Александр Александрович, давайте сразу к главному: кто эти люди, которые летят в Россию за косметологией?

Я считаю, что это уже не единичные случаи, а тренд. Основной поток — из Казахстана, Узбекистана, Киргизии, Беларуси. Но все чаще приезжают гости из ОАЭ, Саудовской Аравии, Катара. И даже из Европы и Великобритании. За девять месяцев 2025 года доходы России от медицинского туризма выросли на 25%. И косметология здесь — один из драйверов.

В «Альфа Эпохе» (ex. «Медлайн») мы видим этот запрос: пациенты из-за рубежа ищут не просто «сделать губы» или «убрать морщины». Они хотят комплексного подхода. Приезжают, проходят SMART-диагностику, получают стратегию и уезжают с четким планом. 

Почему именно Россия? Чем мы можем быть привлекательнее Турции или Европы, куда все уже привыкли летать?

Три кита. Первый — цена. Стоимость процедур в России ниже, чем в Европе, при том, что препараты и оборудование могут быть те же самые. По данным IMARC Group, наш рынок медтуризма уже в 2025 году оценивался в $2,9 млрд, а к 2034-му может вырасти до $16,6 млрд. 

Второй — врачи. Я считаю, что российские косметологи — одни из самых опытных в мире. Многие имеют международные сертификаты, выступают на глобальных конгрессах, и это признают коллеги за рубежом. В Петербурге, например, эстетическая медицина — одно из сильных направлений наравне с онкологией и кардиохирургией.

Третий, и для нас ключевой, — подход. Мир уходит от anti-age к longevity. В России этот переход происходит особенно активно. Мы не просто колем ботокс — мы сначала разбираемся, что происходит в организме: гормоны, витамины, воспаление. А уже потом — процедуры. 

В «Альфа Эпохе» (ex. «Медлайн») пациент сначала проходит диагностику. И потом Д-доктор составляет план.

А в чем разница для пациента? Вот он прилетел из Дубая — что ему предложат в российских клиниках?

Многие зарубежные клиники работают по модели «одна процедура — один визит». Это быстро, но часто поверхностно. В России в последние годы все больше практик делают ставку на предварительную диагностику. Например, активно внедряется SMART-диагностику — комплексное исследование за 60 минут, которое включает биоимпеданс (оценка состава тела, скрытые отеки), динамометрию (сила рук как маркер биологического возраста) и pH-метрию (уровень закисления, связанный с воспалением). После этого назначают расширенные анализы: витамин D, омега-3, половые гормоны, антиоксиданты. И только на основе этих данных врач предлагает стратегию.

Для туриста это актуально: он приезжает на ограниченное время, но хочет получить результат, который будет работать месяцами. Например, аппаратные методики, такие как ультразвуковой SMAS-лифтинг, дают эффект, который нарастает до четырех месяцев и сохраняется до полутора лет. Микроигольчатый RF-лифтинг запускает процессы регенерации. Нитевые методики (нити APTOS, мезонити) позволяют провести подтяжку. Но важно, что в российской практике эти процедуры редко предлагают изолированно — их встраивают в комплексный план, который обсуждается после диагностики. Это подход, который все чаще выбирают пациенты из-за рубежа.

А какие процедуры вообще ходовые у иностранцев? Что они просят в первую очередь?

Топ — это работа с овалом лица и коррекция возрастных изменений. SMAS-лифтинг, RF-лифтинг лица, контурная пластика носослезной борозды и скул, коррекция мимических морщин. Из аппаратных — лазерное омоложение, фотоомоложение, карбоновый пилинг. Иностранный пациент приезжает, делает курс, а потом наблюдает, как результат раскрывается в течение нескольких месяцев. 

В «Альфа Эпохе» (ex. «Медлайн») мы собираем для таких гостей индивидуальные протоколы.

А как вообще зарубежный пациент узнает о российских клиниках? Какие каналы сегодня работают?

Основных каналов два. Первый — профессиональное сообщество. Российские врачи активно участвуют в международных конференциях, выступают на глобальных площадках, публикуются в зарубежных журналах. Коллеги из Казахстана, ОАЭ, Европы знают российскую школу эстетической медицины и доверяют ей. И когда к ним приходит пациент с запросом, они могут порекомендовать конкретного специалиста в России. Это работает как сарафанное радио внутри профессиональной среды.

Второй — личные рекомендации. Пациенты, которые уже приезжали и получили результат, рассказывают друзьям, коллегам, знакомым. Это особенно актуально для гостей из Казахстана и ОАЭ — там высоко ценятся личные контакты и доверие. Российская косметология по качеству может не уступать мировым лидерам. Пациент из‑за рубежа, услышав о российском подходе от своего врача или знакомого, уже имеет представление о процедурах.

Какие у вас планы на развитие медтуризма в «Альфа Эпохе» (ex. «Медлайн»)? Будете открывать представительства за рубежом?

Пока нет. Мы больше про углубление, а не про масштаб. Сейчас мы открываем четвертую клинику в Петербурге и расширяем команду Д-докторов. Но для нас важнее создать экосистему, где пациент может получить полный цикл управления здоровьем и внешностью — от глубокой диагностики до долгосрочного сопровождения. 

Что бы вы сказали читателям, которые все еще сомневаются, стоит ли рассматривать Россию как направление для косметологического туризма?

Приезжайте. Вас встретят профессионалы. Россия — это не только балет и Эрмитаж. Это еще и одна из лучших школ эстетической медицины.