Почему фармотрасль часто называют закрытой отраслью

Здоровье — это самое-самое важное. Иногда мы недооцениваем.

А фармотрасль, она для меня всегда такая маркетинговая. Она не про людей… всегда так казалось.

Я смело отвечаю, что ФАРМА это ПРО ЛЮДЕЙ.

100 % про людей. Это, в первую очередь, про людей с точки зрения заболеваний. Про людей с точки зрения желания, на самом деле, абсолютно любой страны сделать жизнь людей дольше, качественнее и легче. Это можно сделать с помощью лекарств в том числе. Это первое.

С точки зрения регуляторики, да, очень зарегулированная отрасль. Но мое личное мнение, это большое благо, потому что есть правила. Они понятны. Они не всегда идеальны, возможно, но они понятны. Когда ты приходишь на другой рынок, где правила непонятные, ты не можешь там прогнозировать какие-то вещи. Вот это другой вопрос. И фармотрасль в этом плане, еще раз повторюсь, она про людей, потому что она не столько про правила, сколько про на самом деле желание быть полезным людям.

С точки зрения маркетинга, маркетинга много, но и немного одновременно, как ни странно. Почему? Потому что, например, рецептурные препараты вообще нельзя практически рекламировать. И это вообще не про маркетинг как таковой. Это про сам препарат, про побочные эффекты возможные, про изученность той или иной молекулы. Но это абсолютно точно не про маркетинг. Но в фарме его объективно много.

Почему? Потому что не только и не столько стоимость одной таблетки с одинаковым действующим веществом, но с разной стоимостью, сколько про те компании, которые производят.

Поэтому фарма больше про людей, на самом деле, чем про маркетинг, про регуляторику и про какие-то заблуждения. Хотя отрасль закрытая, поэтому очень-очень-очень много домыслов, мифов.

Как не попасть на эту уловку, когда тебе предлагают более дорогое лекарство или лекарство, которое тебе не несет никакой пользы?

По поводу «не несет пользы». Есть ряд препаратов с недоказанной клинической эффективностью. Их немного. При прочих равных и не только препараты, часто гомеопатию туда же относят, да, часто относят туда биологически активные добавки.

Как не попасть? Во-первых, если мы говорим по врачам, использовать второе мнение, т.е. есть один врач, есть второй врач. Это первое. Второе, очень внимательно нужно относиться к аллергическим реакциям. Своим же. Внимательно наблюдать. Я, например, до определенной операции даже не знала, что у меня аллергия на один антибиотик. А выйдя из наркоза, вот мне сказали, говорят, вы знаете, у вас очень серьезная аллергия, и просто знайте это на будущее. И это существенно может повлиять на, соответственно, тот или иной препарат. У меня у подруги была такая ситуация, когда выписали препарат, написали там действующее вещество, она приобрела его в аптеке, и у нее оказалась аллергия на вспомогательное вещество, которое входит в состав. А получилось так, что... И не сам препарат виноват, и не потребитель виноват. А врач недостаточно спросил по возможным аллергическим реакциям, недостаточно уточнил информацию, и в итоге получилось то, что получилось.

С точки зрения бизнеса, что в фарме действительно работает?

Я бы сказала, что работает поддержка государства. Прямо искренне, она действительно работает, потому что в свое время, когда начался COVID, к примеру, нам пришлось просто всем резко перестраиваться от слова «все стало по-другому в фарме». И у нас такая была зависимость от иностранных поставщиков. И не только самих препаратов, сколько стандартов, реактивов, которые мы используем в оценке качества препаратов. То есть это аналитические материалы, это логистические цепочки, которые тогда были разрушены. Я очень хорошо помню этот период, на самом деле. И поддержка государства действительно работает. Но и в то же время есть моменты, которые нам каждый раз все еще больше и больше нужны с точки зрения поддержки. Почему? Потому что, я начала с этого, фарма про людей, и заменить людей искусственным интеллектом абсолютно невозможно.

Есть стереотип, что иностранные препараты чище, как говорят. Насколько у нас вообще в целом в России развита база локализации препаратов, или все-таки мы продолжаем больше использовать те препараты, которые произведены за рубежом, и здесь у нас просто больше рынок потребления?

Очень хороший вопрос. И каждый раз мне задают его вот прям примерно в такой же формулировке. «А правда, что в России есть нормальное фармпроизводство?» Да, есть, очень детально обсуждали этот вопро.

Что зацепило в фармотрасли?

У нас нет дня сурка. В других отраслях периодически он бывает, на самом деле. Очень многое меняется постоянно. Рынок меняется. Это первое, что меня зацепило в отрасли. А второе, один из первых просветительских проектов у меня был проект «Врач тоже пациент». Когда мы говорили с врачами, которые также столкнулись с очень тяжелыми заболеваниями, а на них смотрят, ну и как бы «ты же врач, ты не можешь болеть». Я работала с врачами, которые столкнулись с онкологией, они сами  заболели.

Это звучит страшно, когда врач, он же понимает больше, чем другой человек, это вообще сразу, мне кажется, психологически сложно знать. И возвращаясь к вопросу, что зацепило в фарме, когда ты в какой-то момент понимаешь, а сколько трудов за тем... условно за той таблеткой, за тем препаратом, который ты покупаешь в аптеке, и ты хотя бы немного к этому причастен. Это большая гордость на самом деле, это очень крутое ощущение, ощущение смысла, того, что ты причастен к тому, что ты можешь повлиять на жизнь людей. Вот это меня зацепило и цепляет и будет цеплять мне кажется до конца жизни.

Мы на самом деле находимся в разных ролях постоянно, с одной стороны топ-менеджер, с другой стороны, например, винодел. Что мне сейчас важно, та роль, которая мне действительно нравится, которая приносит удовольствие?

Я не винодел, но хотела бы на самом деле, наверное, когда-нибудь им стать. Но сейчас у меня реально эта мечта была последние лет 10. Я очень хотела запустить игры для управленцев. Моя мечта сейчас сбылась. Мы уже провели презентацию, и механика вся проработана, и это игры по наработанной, хорошей, интересной собственной методике. Я очень много на самом деле изучала эту новую для себя стезю, но это игры для управленцев. И это та синергия, которая помогает. Для меня сейчас это очень важная история, когда ты хочешь за рамки отрасли выйти, игры точно этому помогают.