Алик Каландари: почему грыжи позвоночника стали новой пандемией XXI века

Алик Амиранович, вы сказали, что грыжи межпозвонковых дисков сегодня приобрели масштабы пандемии. Это громкое заявление. На чем оно основано?

На цифрах. По данным ВОЗ и национальных регистров, за последние 20 лет заболеваемость грыжами поясничного отдела среди взрослого населения выросла почти в 2,5 раза. Сейчас каждый третий человек старше 30 лет имеет ту или иную форму дистрофических изменений позвоночника, а клинически значимые грыжи диагностируют у 10–12% взрослого населения. Если 50 лет назад это была проблема грузчиков и пенсионеров, то сегодня — менеджеров, IT-специалистов, подростков.

Что стало причиной такого взрывного роста?

Наш образ жизни. Эволюция создала позвоночник для движения — ходьбы, бега, подъема тяжестей с правильной биомеханикой. А мы проводим по 10–12 часов в сидячем положении: за рулем, перед компьютером, с телефоном. Постоянная статическая нагрузка, наклон головы вперед, отсутствие полноценного мышечного корсета. Добавьте сюда лишний вес (каждый дополнительный килограмм увеличивает нагрузку на поясницу многократно), курение (ухудшает кровоснабжение дисков) и стресс. Мы получили идеальный шторм для дегенерации.

Часто говорят, что грыжа — это неизбежное старение дисков. Так ли это?

Частично да. С возрастом диск теряет воду, снижается высота, появляются трещины. Но старение — это фактор риска, а не приговор. У многих людей старше 70 лет на МРТ есть протрузии и грыжи, и они не болят. Ключевой фактор — не возраст сам по себе, а то, как мы эксплуатируем позвоночник. Я видел 25-летних с огромными секвестрированными грыжами и 80-летних без единой жалобы. Дело не в календаре, а в механике и образе жизни.

Как пандемия COVID-19 повлияла на ситуацию с грыжами?

Массовый переход на удаленную работу стал триггером. Люди стали работать с ноутбуков на коленях, на диванах, в неудобных позах. Отсутствие ежедневных прогулок до офиса, стационарных рабочих мест с эргономичной мебелью. В моей практике в 2021–2022 годах был резкий скачок обращений — на 40–50% больше, чем до пандемии. И это не только российская статистика, аналогичные данные есть у коллег в Европе и США. Грыжи стали «ковидным наследством» для многих офисных сотрудников.

Есть мнение, что грыжу можно предотвратить. Что вы посоветуете как нейрохирург?

Профилактика существует, и она проста, но требует дисциплины. Первое — организовать рабочее место: монитор на уровне глаз, стул с поддержкой поясницы, стопы на полу. Второе — каждые 45–60 минут вставать, ходить, делать микропаузы. Третье — регулярная умеренная физическая активность: плавание, ходьба, укрепление мышц кора. Никаких резких наклонов с весом на прямых ногах. Четвертое — контроль веса. Это банально, но это работает. Я часто говорю пациентам: «Лучший хирург для вашего позвоночника — это вы сами, за 20 лет до того, как появится боль».

Куда движется ситуация? Будет ли эта «пандемия» только нарастать?

К сожалению, в ближайшие годы — да. Мы все больше цифровизируемся, все меньше двигаемся. Дети и подростки с гаджетами формируют осанку и мышечный каркас неправильно с раннего возраста. Через 10–15 лет мы получим волну пациентов 30–40 лет с такими дегенеративными изменениями, которые раньше встречались в 60. Но я вижу и позитивный тренд: растет информированность, появляются корпоративные программы здоровья, эргономичная мебель становится нормой. Главное, чтобы это не было модой, а стало привычкой.

Что бы вы сказали человеку, который сегодня сидит за компьютером и уже чувствует дискомфорт в спине?

Не ждите, пока появится прострел в ногу. Дискомфорт — это первый сигнал. Начните с малого: встаньте прямо сейчас, пройдитесь, сделайте несколько наклонов и поворотов. Поменяйте кресло или подложите валик под поясницу. Запишитесь на консультацию к неврологу, сделайте МРТ, если боль повторяется. И запомните: 90% острых болей в спине проходят сами за 4–6 недель, но если боль отдает в ногу, онемела стопа — не откладывайте визит. Грыжа не всегда требует операции, но всегда требует внимания.

Спасибо за интервью. Последний вопрос — вы как нейрохирург чувствуете себя частью системы, которая борется с этой пандемией?

Да, но наша задача — не только оперировать. Хирург должен быть еще и санитарным просветителем. Миссия врача — объяснять, предупреждать, менять поведение пациентов. Если я в год прооперирую 200 человек, а благодаря статьям и лекциям 2000 человек изменят свои привычки и не дойдут до операции — это будет настоящая победа. Так что давайте говорить о профилактике открыто.