Как трейдер Gilgamesh вошел в рынок зеленого кофе и выжил

Реально ли сегодня стать новым игроком на российском рынке импорта зеленого кофе?

Реально, но крайне сложно. Это рынок, где валютная турбулентность сталкивается с биржевой волатильностью, логистическими рисками и зависимостью от стран происхождения. Первый год — это не рост, а экзамен на прочность.

Каким был ваш первый год?

Мы росли быстро и активно. Ввозили сначала по пять, затем по десять контейнеров угандийского кофе в месяц, и уже по итогам первого квартала вошли в топ-30 экспортеров угандийского кофе согласно отчету UCDA (Управлению по развитию кофе Уганды), оказавшись в статистике прямо между Lavazza и Nestlé. 

Но именно Уганда стала источником наших главных испытаний.

Что произошло с поставками из Уганды?

Мы хотели начать как можно быстрее — еще в декабре 2024 года, когда цены на арабику били исторические рекорды, а дешевый угандийский кофе выглядел логичной альтернативой. Немного поторопились.

Угандийские поставщики с российским менеджментом обещали кофе дешевле рынка, логистику из Момбасы в Санкт-Петербург за 80 дней и «эксклюзивные поставки на российский рынок».

Мы поверили словам, которые невозможно было проверить. Но все оказалось иначе — как в знаменитой фразе из фильма Балабанова: «Мы, русские, не обманываем друг друга…»

Фактически поставки пришли через 110–120 дней — и в самый мертвый сезон: июнь, июль и август. Из-за этого создалось товарное давление. Сложившаяся конъюнктура сыграла против импортеров и создала тяжелую нагрузку, вынудив искать новые решения.

Вы перестроили стратегию?

Не стратегию, а скорее тактику. Мы приняли очень нестандартное решение. Развернули модель фактически на 180 градусов.

Временно приостановили отгрузки и за несколько месяцев выстроили новую модель сбыта, ушли от недобросовестных производителей и законтрактовались с новыми поставщиками в Бразилии и Эфиопии.

Это помогло вам диверсифицировать риски?

Да, но не только. Ключевым оказалось то, что диверсификация совпала по времени с особенной точкой на рынке: 25–27 июля 2025 года арабика в Нью-Йорке упала до годовых минимумов — около 297 центов за фунт.

Мы смогли использовать этот момент максимально эффективно и законтрактовали бразильскую арабику и угандийскую робусту именно на «дне» биржевого рынка.

В итоге диверсификация не только стабилизировала ситуацию — она позволила совершить стратегический разворот и вывести компанию в операционную прибыль по итогам года.

Как вы пережили валютный и биржевой обвал?

Это был идеальный шторм: доллар рухнул со 106 до 78 рублей, биржа просела более чем на 25%. Но к тому моменту мы уже перестроили цепочки поставок, снизили складское давление и научились принимать решения в реальном времени.

Кто ваши клиенты?

Вся российская кофейная экосистема обжарщиков: малые и средние обжарщики, региональные сети, дистрибьюторы и крупные обжарочные предприятия и заводы. Мы осуществляем поставки по всей стране — от Калининграда до Новосибирска.

На какие страны происхождения вы опираетесь сегодня?

На Бразилию, Эфиопию, рассматриваем также Вьетнам. Эфиопия — мой личный фаворит: и по качеству, и по вкусовым параметрам — чистый профиль, легкая кислотность, выразительная ароматика.

Какие выводы вы сделали из первого года?

Главный вывод — все решают люди, пресловутый человеческий фактор присутствует во всем.

Огромную роль сыграл мой партнер — предприниматель Константин Клюка, основатель инвестиционного холдинга «Континуум Групп», в который входит Торговый Дом «Гильгамеш». У нас тандем, основанный на доверии, взаимной ответственности и способности обсуждать ситуацию ежедневно — иногда по нескольку раз в день.

Мы можем корректировать курс моментально, реагировать без задержек и принимать непопулярные, но необходимые решения. Многие проблемы могли разрушить новый бизнес — но нас спасли скорость, единство и синергия.

Какие новые рынки вы планируете освоить в 2026 году?

Мы открываем для себя Вьетнам и Индию. Вьетнам — вторая страна по экспорту кофе после Бразилии, зарекомендовавшая себя как надежный поставщик качественного зерна. Индия для нас может стать ключевой — и как рынок закупок, и как рынок сбыта. Индийская робуста и стремительный рост внутреннего потребления делают Индию естественным следующим шагом после Африки, Латинской Америки и Вьетнама.

Откуда такое название «Гильгамеш» — тоже Индия?

Гильгамеш — герой шумерского эпоса, фактически первый супергерой человечества. Это история познания жизни через потери и дружбу. Путь Гильгамеша — путь испытаний, решений и трансформаций.

И вторая причина: название абсолютно нейтральное и не связано ни с одной современной страной, культурой или политическим контекстом. Для международного трейдера в сегодняшней геополитической среде это огромный плюс.

Чего вы ждете от 2026 года?

2026 станет годом возможностей. Мы входим в него с выверенной стратегией, новыми контрактами, расширенной географией закупок и командой, доказавшей свою эффективность в условиях непредвиденных испытаний. Первый экзамен сдан, и мы готовы к дальнейшему росту.