Товар есть, денег нет: как склад замораживает оборотный капитал

Еще недавно российский рынок складской недвижимости жил в режиме постоянного дефицита. Компании конкурировали за площади, ставки росли, а свободные объекты исчезали практически сразу после выхода на рынок. Но к 2026 году ситуация начала меняться.

По данным аналитиков NF Group и CORE.XP, рынок вошел в фазу рекордного ввода новых площадей на фоне охлаждения спроса. Только в Московском регионе за первый квартал было введено 475 тыс. кв. м складской недвижимости — максимальный показатель за всю историю наблюдений для начала года. Одновременно объем сделок сократился на 23%, а доля свободных площадей выросла до 6%.

На первый взгляд это выглядит позитивно для арендаторов: появилось больше выбора, увеличилась доля субаренды, рынок начал постепенно отходить от перегретого состояния прошлых лет. Но риски для компаний только усилились.

В период с 2023 по 2025 годы бизнес активно расширял логистику под ожидания дальнейшего роста заказов в интернет-магазинах и маркетплейсах: арендовал новые площади, инвестировал в оборудование, увеличивал страховые запасы и масштабировал распределительные центры. 

Предполагалось, что огромные товарные запасы будут быстро распродаваться со складов. Однако на фоне снижения потребительской уверенности оборачиваемость упала.

В результате деньги, которые должны были быстро возвращаться в оборот через продажи, оказались заморожены в остатках, аренде и логистической инфраструктуре. Болезненнее это ощущают компании, которые продолжают работать по договорам, заключенным еще в период пиковых ставок аренды.

Здесь и возникает одна из главных финансовых проблем склада: формально товар продолжает числиться активом, но фактически уже не участвует в обороте и постепенно уводит бизнес в минус. 

Потери до продажи

Одна из причин — некорректная инвентаризация. Она может создать отличия между тем, что существует «по базе», и тем, что реально находится на складе. Мотивы могут быть разными: пересортица, ошибки при приемке, некорректные отгрузки, внутренние хищения или банальная потеря прозрачности в сложной логистике.

Особенно опасна пересортица — ситуация, когда один товар ошибочно учитывается как другой. Формально продукция никуда не пропадает, но система начинает показывать неверные остатки. 

Например, при быстрой приемке сотрудники могут отсканировать только часть партии продукта (не проверив содержимое коробки), а система учтет весь объем как одну товарную позицию. При этом информация в системах не всегда обновляется синхронно. В результате компания может видеть одну и ту же продукцию сразу на нескольких площадках, хотя часть товара уже зависла в пути, потерялась или месяцами лежит без движения.

Страховые запасы = финансовая ловушка

Дополнительно после логистических сбоев и дефицита прошлых лет многие компании начали закупать товары «с запасом на запас». Страховые остатки действительно помогают переживать перебои поставок и скачки спроса, но в условиях охлаждения рынка такая стратегия может сработать против бизнеса.

Избыточные запасы создают иллюзию стабильности, одновременно замораживают оборотные средства и увеличивают стоимость хранения. Это становится заметно в электронике, уходовой косметике и сезонных категориях, где товары стремительно теряют актуальность.

По данным «Коммерсанта», на начало 2025 года только излишки ноутбуков на складах российских дистрибьюторов оценивались примерно в 55 тыс. устройств. Участники рынка связывали это со снижением потребительской активности, высокой ключевой ставкой и более медленной оборачиваемостью техники.

Очень показательный пример: после перебоев с поставками и опасений нового дефицита многие дистрибьюторы и ритейлеры начали активно наращивать запасы электронной техники и комплектующих. Однако на фоне охлаждения спроса рынок столкнулся с обратной проблемой — затовариванием складов.

В результате деньги оказались заморожены в остатках, которые пришлось распродавать с существенным дисконтом, одновременно закрывая кассовые разрывы за счет кредитного финансирования.

Склад, как финансовая система

Из плюсов: рынок постепенно адаптируется к управлению запасами. Главный вопрос: хватает ли бизнесу складских площадей и сколько на самом деле стоит хранение каждой единицы товара.

Первый шаг для бизнеса — получить прозрачность остатков. Пока компания не видит, где именно находится товар, как быстро он оборачивается и сколько времени лежит без движения, склад начинает накапливать скрытые потери. Поэтому необходимо активнее инвестировать в прозрачность процессов: расширять WMS-системы, интегрировать с ERP, обращаться к адресному хранению и терминалам сбора данных.

Без адресной системы хранения склад начинает работать на памяти сотрудников, а это критический риск при масштабировании. Цифровое управление позволяет автоматически контролировать размещение, сборку и отгрузку товара, снижая вероятность ошибок. 

Второй важный элемент — регулярный контроль оборачиваемости. Во многих компаниях товары продолжают храниться, потому что никто системно не анализирует скорость их движения. В результате склад постепенно заполняется позициями, которые формально числятся активом, но фактически уже превратились в неликвид.

Бизнесу нужно регулярно пересматривать ассортимент: выводить медленно оборачиваемые позиции, сокращать избыточные страховые запасы и оценивать стоимость его хранения. Особенно это важно для косметики, электроники и сезонных товаров, где часть продукции быстро теряет актуальность.

Третий фактор — пересмотр самой логики запасов. Рынок маленькими шагами переходит от модели «закупить больше на всякий случай» к модели управляемой оборачиваемости, где объем резервов напрямую связан с реальным спросом и скоростью поставок.

Вывод

Склад перестает быть просто местом хранения. Сегодня это полноценная финансовая система, где ошибки учета, избыточные остатки и непрозрачные процессы напрямую влияют на ликвидность бизнеса и его способность расти. 

Для компаний все важнее становится выбор логистического партнера, который способен гибко масштабировать процессы под сезонные пики спроса, быстро наращивать мощности и сохранять прозрачность управления запасами в периоды максимальной нагрузки. 

Потому что если раньше рост рынка и высокая маржинальность позволяли долго не замечать ошибки в управлении запасами, то сегодня такие просчеты напрямую влияют на ликвидность компании.