Кого коснутся новые меры по борьбе с теневой занятостью

Масштаб теневой занятости в России огромен — 5,3 млн человек. Об этом говорит глава Минтруда Антон Котяков. В 2026 году ведомство нацеливается на то, чтобы вывести из тени 1,3 млн из них. Государство решило разобраться методично с каждым. В прошлом году план был куда скромнее, но межведомственные комиссии его даже перевыполнили. Теперь планку подняли выше.

Сколько их и кто они

«Теневые работники» — это не только те, кто получает зарплату в конверте. Портрет «серого» работника намного шире, чем кажется. Теневая занятость концентрируется в следующих сферах:

• строительство и ремонт
• торговля
• товарная логистика и грузоперевозки
• услуги, общепит и гостиницы

Именно в этих отраслях межведомственные комиссии по противодействию нелегальной занятости будут работать особенно плотно.

Под удар попадут миллионы простых людей, которые работают курьерами, плиточниками и отделочниками, продавцами, парикмахерами и мастерами по маникюру.

Среди тех, кто сейчас работает в тени, 42% планируют в 2026 году полностью или частично легализовать свой доход, причем почти каждый третий — перейти на полную официальную занятость. Остальных найдут сами.

Только за первый квартал 2026 года уже легализованы 219 000 работников — на 21% больше, чем годом ранее.

Как будут искать «теневиков»

Это будут не только проверки с внезапными визитами инспекторов. На практике система стала гораздо технологичнее. Государство получает информацию сразу из нескольких источников: налоговой, Социального фонда, службы занятости и других ведомств. Эти данные помогают находить потенциальных нарушителей.

Особый акцент — на схемах с самозанятыми.

С 10 января в России действует новый перечень признаков нелегального привлечения самозанятых к выполнению работ и оказанию услуг. Под подозрением компании, где больше 10 работников получают зарплату ниже МРОТ.

Поводом для проверки также может стать работа с большим числом самозанятых:

• > 35 таких исполнителей
• доход каждого > 35 000 рублей/месяц
• сотрудничество > 3 месяцев
• доля дохода самозанятого от одной компании > 75%

Кроме того, вопросы могут возникнуть к бизнесу, который перевел в статус самозанятых более 10 бывших штатных сотрудников и продолжил сотрудничество с ними на прежних условиях.

С физическими лицами работают иначе — через данные о несоответствии образа жизни и задекларированных доходов.

Ведомства проводят точечные проверки «трудоспособных, но формально неработающих» граждан, которые не декларируют доходы. Информацию собирают из разных источников, в том числе, и неформальных — соцсетей площадок с частными объявлениями. Это уже общероссийский тренд.

У налоговой есть доступ к информации о счетах, депозитах и недвижимости. Данные также поступают и от правоохранительных органов, ГИБДД, Росреестра. Все достаточно прозрачно. Продали машину — ГИБДД передало данные в ФНС. Продали квартиру — Росреестр сообщил автоматически.

В зоне особого риска — те, кто получает регулярные переводы от физлиц без регистрации хотя бы самозанятости, сдает жилье без декларирования.

Что грозит тем, кого поймали

Последствия разные для работника и работодателя. Но у обоих они неприятные.

Для бизнеса последствия более чем серьезные. Договор переквалифицируют в трудовой. Компании доначислят налоги и страховые взносы, выпишут штрафы за нарушение ТК РФ. В текущих условиях такие доначисления могут стать фатальными.

Кроме того, компания попадет в реестр недобросовестных работодателей Роструда, а это повлечет за собой внеплановые проверки, ограничения на получение грантов, льготных кредитов и запрет на участие в госзакупках.

Для работника картина не лучше. Соглашаясь на зарплату «в конверте», сотрудник лишается юридической защиты. Если нет трудового договора, то нет и оплачиваемых больничных, декретных, отпускных. Неофициальная занятость означает невозможность подтвердить доход для кредита или ипотеки. Про пенсионные накопления вообще говорить не будем.

Формально сотрудник не является нарушителем трудового законодательства, однако с точки зрения налогового права обязан декларировать все доходы. Отдельная история — граждане со скрытыми доходами, которых нашли через банковские переводы или соцсети. Налоговый орган вправе направить требование о предоставлении пояснений и запросить документы. Доказать, что регулярные переводы — это «подарки» от родственников, а не оплата товаров/услуг, придется самому гражданину.

Государство вооружилось новыми инструментами для борьбы с теневой занятостью. Работодателям стоит пересмотреть схемы сотрудничества с самозанятыми, а работникам — помнить, что зарплата «в конверте» уже не гарантирует анонимность. Работать в тени с каждым годом становится все сложнее. Проще легализовать доходы сейчас, чем ждать, пока это сделают за вас.

Материал не является финансовой или инвестиционной рекомендацией.