Сравнение L2-решений бирж: Gate Layer, Base и Mantle

Почему биржи запускают собственные L2-сети

Криптобиржи все реже воспринимаются как простая «витрина для покупки и продажи». Крупные игроки строят собственные сети второго уровня (L2) — не потому что это модный тренд, а потому что L2 решает три прикладные задачи, которые напрямую влияют на деньги и удобство:

1. Комиссии и скорость. В сети Ethereum операции могут стоить дороже и подтверждаться медленнее, чем хотелось бы в массовых сценариях. L2 позволяет разгрузить основной слой и сделать типовые действия (перевод, обмен, взаимодействие с приложением) быстрее и дешевле.
2. Единый пользовательский путь. Биржа стремится удержать пользователя внутри понятного маршрута: фиат → крипто → ончейн-продукты → обратно в фиат. Когда сеть «своя», проще выстроить единый опыт, снизить трение на переводах и контролировать риски.
3. Экосистема вокруг инфраструктуры. Сеть — это база. Вокруг нее появляются кошельки, мосты между сетями, приложения и иногда токен, который выступает «топливом» комиссий и элементом экономической модели.

Что такое L2 простыми словами

Если очень упрощать: L2 — это дополнительный слой поверх базового блокчейна, где большинство действий выполняется быстрее и дешевле, а итоговая фиксация привязана к инфраструктуре Ethereum-экосистемы.

Для обычного пользователя смысл всегда один: меньше комиссия, выше скорость, больше прикладных сценариев.

В нашем сравнении есть важная общая база: все три сети сделаны на одном технологическом «конструкторе» второго уровня — OP Stack (подход из экосистемы Optimism) и совместимы со стандартами Ethereum.

Практически это означает две вещи:

• разработчикам проще переносить приложения и инструменты из мира Ethereum;
• пользователям легче мигрировать между экосистемами, потому что логика и инфраструктура во многом знакомые.

Как корректно сравнивать L2-экосистемы: что реально влияет на деньги и риск

Чтобы сравнение было понятным, достаточно фиксировать параметры, которые отвечают на вопрос: сколько стоит действие, насколько удобно пользоваться и где возникают ограничения.

Дальше по каждому проекту будем держать один и тот же набор пунктов.

1. Стоимость и скорость операций. Насколько быстро подтверждаются действия и во сколько в среднем обходится типовая операция: перевод, обмен, взаимодействие с приложением.
2. Как устроена «опора» сети и финальная фиксация. Важно, на чем держится устойчивость: сеть — это не только скорость, но и то, где и как фиксируется результат, есть ли дополнительный базовый контур/опорный слой и какие механики усиливают доверие к инфраструктуре.
3. Переводы между сетями: мосты и кроссчейн. Насколько легко заводить и выводить активы и подключать ликвидность из других сетей.
4. Экосистема продуктов: зачем пользователю туда идти. Важно, какие продукты и форматы активности «приводят» пользователей и ликвидность внутрь сети.
5. Экономика: чем платятся комиссии и какие стимулы встроены. Есть ли токен сети, чем оплачиваются комиссии, и насколько понятна эта модель для пользователя и рынка. Чем проще объясняется экономика — тем меньше барьеров для массового использования.
6. Метрики использования (когда они доступны). TVL, объемы активов, транзакции в сутки, число протоколов — это способ понять масштаб и зрелость экосистемы.

Gate Layer (Gate): L2 на OP Stack + экосистема вокруг GT

1. Технологическая база

Gate Layer — это сеть второго уровня, запущенная криптобиржей Gate как инфраструктурное продолжение ее торговой и Web3-экосистемы.

В отличие от «абстрактных» L2, создаваемых как независимые протоколы, Gate Layer изначально проектируется как уровень, встроенный в контур биржи: с прямой связкой с пользовательской базой, ликвидностью и продуктами Gate.

Gate Layer построена на OP Stack и совместима с EVM (стандартом исполнения смарт-контрактов Ethereum). На практике это означает, что приложения из экосистемы Ethereum проще переносить без фундаментальной переработки логики, а разработчики могут опираться на привычные инструменты.

2. Опора сети: связка Gate Layer и GateChain

В Gate Layer сделан акцент на связке двух уровней:

• быстрый слой L2, где происходят повседневные операции;
• базовый контур GateChain, который выступает опорой правил и финальной фиксации.

Дополнительно в модели задействован токен GT: его держатели могут «замораживать» токен в механике поддержки сети.

Для широкого читателя смысл здесь простой: помимо технологической части, в архитектуре есть встроенная экономическая логика, которая должна поддерживать устойчивость и активность экосистемы.

3. Производительность и «стоимость действия»

По заявленным параметрам Gate Layer описана достаточно конкретно:

• пропускная способность: более 5 700 транзакций в секунду;
• время блока: около 1 секунды;
• комиссии позиционируются как существенно ниже большинства решений уровня L1.

Для пользователя это сводится к прагматике: сеть проектируется под сценарии, где важно, чтобы действие стоило недорого и подтверждалось быстро — особенно когда таких действий много.

4. Кроссчейн и перемещение активов

Gate Layer интегрирована с LayerZero и поддерживает кроссчейн-взаимодействия с крупными сетями, включая Ethereum, BSC и Polygon.

Практический смысл в том, что экосистема сразу выглядит рассчитанной на перемещение ликвидности и пользователей между сетями, а не только на «внутренний оборот в одном контуре».

5. Экосистема продуктов: понятные сценарии, которые приводят трафик в сеть

Вокруг Gate Layer выстроены Web3-инструменты, которые закрывают разные сегменты спроса:

• Perp — площадка для бессрочных контрактов с упором на производительность и ликвидность;
• Gate Fun — запуск токенов по модели «zero-code / low-cost»;
• Meme Go — кроссчейн-платформа мониторинга и торговли мем-токенами в реальном времени, с поддержкой Ethereum, BSC, Solana и других сетей.

Логика здесь простая: сеть становится фундаментом, а продукты — прикладными «входами», которые способны приводить пользователей и ликвидность не через теорию, а через конкретные сценарии.

6. GT как топливо комиссий и дефляционная модель

GT закреплен как токен оплаты комиссий в Gate Layer. Это важная архитектурная деталь: в таких моделях спрос на токен как «топливо» обычно растет вместе с ончейн-активностью.

По дефляционной части заявлено следующее:

• действует двойная дефляционная модель (плановый выкуп и сжигание + автоматическое on-chain сжигание);
• сожжено более 180 млн GT, что составляет 60,18% от первоначального объема выпуска.

Для рынка это означает более жесткое ограничение предложения токена, а для пользователя — предсказуемую роль GT в экосистеме как рабочего элемента инфраструктуры.

Практическая интерпретация

Gate Layer выглядит как модель, где сразу собраны три ключевых компонента: скоростной ончейн-слой, кроссчейн-подключение ликвидности и прикладные продукты, которые могут приводить пользователей внутрь экосистемы.

Экономика токена GT при этом встроена в повседневную механику сети (комиссии) и дополнена заявленной дефляционной логикой.

Base (Coinbase): L2 без токена сети, ставка на массовый вход и инфраструктуру для разработчиков

1. Технологическая база

Base — это сеть второго уровня на OP Stack, совместимая со стандартами Ethereum. В практическом смысле это значит, что приложения из мира Ethereum проще адаптировать и запускать, а пользователю легче «переключаться» между похожими экосистемами.

2. Стоимость и скорость операций

Base снижает стоимость действий по сравнению с Ethereum L1 за счет L2-модели.

Важная деталь, понятная даже новичку: у Base нет собственного обязательного токена сети, а комиссии оплачиваются в ETH. Это упрощает пользовательский опыт: не нужно разбираться, какой «газовый токен» покупать отдельно — базовая логика привычнее.

Также стоит понимать контекст OP Stack: часть комиссий в такой архитектуре может уходить в общий контур развития экосистемы Optimism (в вашем материале это отмечено через Optimism Collective).

3. Переводы между сетями (мосты)

У Base есть официальный кроссчейн-мост. Для пользователя это означает базовую понятную схему: активы можно заводить в сеть и выводить обратно по «официальной дороге», не полагаясь только на сторонние решения.

4. Экосистема и продукты: зачем пользователю туда идти

Base сильно завязан на продукты Coinbase (включая Coinbase Wallet). Такая связка обычно дает понятный вход: сеть легче «встраивается» в привычный путь пользователя, особенно если он уже использует продукты биржи.

5. Экономика: чем платятся комиссии и как устроены стимулы

Ключевая идея — простота: комиссии в ETH, без отдельного сетевого токена.

Для части аудитории это снижает сложность восприятия и убирает отдельный слой вопросов «что будет с токеном сети».

6. Метрики использования

Base достаточно быстро набрала измеримые показатели:

• после выпуска USDC в сети Base предложение стейблкоина достигало $165 млн в течение нескольких недель;
• TVL на публичном доступе достигал $153 млн;
• фиксировалось преимущество по TPS: 12,93 TPS против 10,18 TPS у Ethereum (в соответствующий период);
• сеть занимала 3 место в рейтинге L2Beat (после Arbitrum One и OP Mainnet).

Дополнительно полезен контекст запуска (как индикатор зрелости):

• 23 февраля — старт тестовой сети;
• 13 июля — доступ к мейннету для разработчиков dApps;
• 9 августа — полномасштабный запуск, плюс функции, связанные с NFT и механиками задач/вознаграждений, и официальный мост.

Mantle: модульный L2 и сильная DeFi-экономика вокруг стейкинга/рестейкинга

1. Происхождение и структура экосистемы

Mantle выросла из трансформации BitDAO: в 2023 году прошла миграция BIT → MNT (1:1). Экосистема строится вокруг двух опор:

• Mantle Network (сама L2-сеть);
• mETH Protocol — направление вокруг стейкинга/рестейкинга Ethereum (mETH, cmETH) плюс токен управления COOK.

Если говорить просто: Mantle — это не только «сеть для дешевых транзакций», но и большой финансовый контур, где важную роль играет доходность и DeFi-механики.

2. Стоимость и скорость операций

Mantle, как L2, также нацелена на снижение комиссий относительно Ethereum L1. Ее особенность — модульный подход: сеть разделяет разные «части» работы (исполнение транзакций, опора на Ethereum как расчетный уровень, отдельный контур доступности данных через MantleDA на базе подходов EigenDA).

Для широкой аудитории суть в одном: архитектура заточена под масштабирование и эффективность, но внешне выглядит сложнее, чем более «прямолинейные» модели.

3. Переводы между сетями и интеграции

Mantle развивает мосты и отдельные кроссчейн-направления. Отдельно есть инициатива Synergy — $5 млн для кроссчейн-связки TON и EVM-сетей.

Для рынка это сигнал, что экосистема рассматривает рост не только «внутри себя», но и через интеграции.

4. Экосистема и продукты: зачем пользователю туда идти

Главная сила Mantle — в DeFi-контуре и связке с mETH-направлением. Это привлекает пользователей, которым важны:

• доступ к протоколам, ликвидности и стратегиям;
• механики доходности (стейкинг/рестейкинг) и их использование в DeFi.

5. Экономика: токены и управление

MNT — нативный токен сети:

• максимальная эмиссия — 6,22 млрд;
• в обращении — 3,37 млрд (54,14%);
• капитализация в указанном периоде — $2,46 млрд.

Токен используется для оплаты комиссий и участия в управлении. Практический смысл governance для широкой аудитории такой: ключевые решения по казне и инициативам принимаются через голосование держателей — то есть часть развития экосистемы «формализована» через механизмы управления.

6. Метрики использования

По измеримым параметрам:

• с момента запуска альфа-версии (июль 2023) TVL превышал $1,86 млрд;
• в сети развернуто 90+ DeFi-протоколов;
• в mETH Protocol: в стейкинге 482 069 ETH, в рестейкинге 144 837 ETH.

Инструменты роста: фонды и ликвидность

Mantle подпитывает рост не только технологией, но и капиталом:

• Mantle EcoFund — $200 млн на инвестиции в приложения;
• резерв ликвидности порядка $300 млн (USDx/ETH/BTC/MNT) для поддержки ранней ликвидности;
• Synergy — $5 млн (TON/EVM связка).

Риски и особенности модели

Mantle сочетает L2 и многослойную DeFi-экономику, поэтому важно держать в голове:

• типичные для L2 на ранней стадии операционные особенности (включая вопрос операционного контроля);
• зависимость L2-экономики от состояния Ethereum как базового контура;
• высокую конкуренцию среди L2 — удержание ликвидности и разработчиков становится отдельной задачей.

Что в итоге отличает эти три подхода

Если убрать термины, остается простая развилка:

• Gate Layer выглядит как «собранная система»: быстрый L2-слой, связка с опорным контуром, кроссчейн-подключение и продукты, которые работают как понятные сценарии входа. Экономика GT встроена в повседневную механику (комиссии) и дополнена заявленной дефляционной логикой.
• Base делает ставку на простоту массового входа: комиссии в ETH и сильная связка с экосистемой Coinbase, плюс развитая инфраструктура для команд. При этом операционные особенности L2 (особенно вывод в Ethereum) важно учитывать заранее.
• Mantle сильнее раскрывается в DeFi-логике: крупные метрики, протоколы, фондирование и «финансовые» механики вокруг стейкинга/рестейкинга. Это мощно, но требует большего понимания структуры и рисков из-за многослойности.

Заключение

Биржевые L2-сети — это попытка сделать ончейн-пользование ближе к «нормальному» продукту: чтобы типовые действия были быстрее, дешевле и с меньшим количеством лишних шагов.

В этой тройке видно три разные стратегии. Base берет простотой массового входа и понятной логикой комиссий через ETH, Mantle — мощной DeFi-средой и «финансовыми» слоями вокруг стейкинга/рестейкинга.

Gate Layer интересно смотрится как более собранная модель: здесь акцент одновременно на скорости и «стоимости действия», на кроссчейн-подключении ликвидности (LayerZero) и на прикладных сценариях, которые сразу ведут пользователя в сеть через продукты экосистемы. Отдельно важна и экономическая часть: GT используется как токен комиссий, а заявленная дефляционная логика (включая уже проведенные сжигания) делает роль «топлива» более понятной и предсказуемой.

В практическом плане это сводится к простому выводу: когда сеть изначально проектируется как инфраструктура плюс готовые сценарии и удобные мосты, пользователю легче не только зайти, но и остаться — потому что меньше трения на переводах, ниже барьер на повседневных действиях и яснее логика того, как экосистема будет расти.