Развенчиваем 8 мифов о банкротстве

Мы ведем масштабную просветительскую деятельность — потому что даже спустя 10 лет существования Федерального закона, всех поправок и комментариев юристов и экономистов, судов и даже самого Президента РФ, большинство людей представляют себе процедуру банкротства как последнюю меру и имеют лишь приблизительное представление, полное беспочвенных мифов и страхов, об этой процедуре.

Поэтому ниже мы отвечаем на тезисы, на которые считаем важным подробно возразить и объяснить, как на самом деле обстоят дела в сфере банкротства физических лиц. 

Миф: банкротство — это последнее средство

Прежде всего, банкротство — это не средство в том смысле, как его часто представляют, а законный процесс освобождения от долговых обязательств, утвержденный Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». Это не финансовый инструмент типа рефинансирования или реструктуризации, а судебная или административная процедура, которая применяется, когда заемщик объективно не в состоянии погасить свои долги и при этом действует добросовестно.

Другими словами, банкротство не является услугой, которую можно выбрать, а можно не выбирать. Банкротство — это обязанность гражданина, попавшего в соответствующую финансовую ситуацию. Причем, неисполнение этой обязанности влечет за собой административное наказание. Если сумма долга превышает 500 тыс руб, а просрочки составляют более 90 дней, должник обязан подать на банкротство по закону. 

Миф: банкротство наносит ущерб кредитной истории и грозит ее потерей на 10 лет

Кредитная история — это объективный электронный реестр финансовых обязательств, который невозможно удалить или «потерять» даже после банкротства. Она формируется автоматически при первом запросе информации о человеке (при оформлении карты, договора или трудоустройстве) и может содержать данные не только о кредитах, но и о долгах по алиментам, коммунальным услугам и судебных взысканиях. С 2022 года активные записи в кредитной истории хранятся 7 лет со дня последнего обновления, затем переводятся в архив на 3 года, но уже не видны в кредитных отчетах, которые видят банки. 

Кредитную историю нельзя потерять или удалить — это невозможно законодательно, и любые предложения об удалении истории за деньги являются мошенничеством. После завершения банкротства люди успешно восстанавливают свою финансовую репутацию, берут кредиты и ипотеку, потому что факт банкротства в истории — это не приговор, а информация о решении финансовой проблемы через суд.

Миф: после банкротства запрещено брать кредиты в банках

Закон не содержит никакого запрета на получение кредитов после завершения процедуры банкротства — это один из самых опасных мифов о банкротстве физических лиц. Человек, прошедший процедуру банкротства, может брать кредиты на общих основаниях. Обязан только информировать кредитора о факте банкротства в течение 5 лет. Технически это означает, что вы можете брать кредиты уже через месяц после завершения процедуры. Никакого закона, запрещающего брать кредиты, не существует. Ограничение только в том, что вы должны честно сказать банку: «Я прошел банкротство».

Реальный доступ к кредитам зависит не от банкротства как такового, а от общей кредитной политики банков и рекомендаций ЦБ. В 2024–2025 годах, особенно на фоне жесткой денежно-кредитной политики и высокой ключевой ставки, в кредитах отказывают даже людям с идеальной кредитной историей, если их долговая нагрузка превышает 50% дохода. Банкротство — это только один фактор среди множества, и часто не самый определяющий.

Большинство банков готовы рассматривать заявки на ипотеку от бывших банкротов через 2–3 года после завершения процедуры при условии демонстрации стабильного дохода и отсутствия просрочек. Некоторые кредитные организации требуют ждать до 5 лет, в то время как в среднем рекомендуемый срок составляет 2,5 года. «После банкротства» не означает «вследствие банкротства» — люди получают кредиты, когда устраняют причины банкротства (восстанавливают доход, демонстрируют ответственность).

Практика показывает, что многие банки охотно дают кредиты людям, прошедшим банкротство, уже через несколько месяцев после завершения процедуры. Почему? Потому что банкротство — это вовсе не сигнал о том, что человек мошенник или ненадежный. Напротив, оно показывает, что человек честно признал свои проблемы вместо того, чтобы скрывать долги. Прошел сложную судебную процедуру и выполнил все требования, имеет чистый финансовый лист. Нет никаких скрытых долгов. И с большей вероятностью будет ответственнее относиться к заимствованиям в будущем.

Более того, люди, прошедшие банкротство и восстановившие свою кредитную историю в течение 2–3 лет добросовестного поведения, часто выглядят благонадежнее для банков, чем люди с постоянными просрочками по активным кредитам. Парадокс алгоритмов скоринга в том, что человек, демонстрирующий осознанное изменение поведения после кризиса, воспринимается системой как более надежный заемщик, чем тот, кто избегает кредитов вообще или нестабилен в их исполнении. 

Миф: реструктуризация и кредитные каникулы лучше банкротства

Рефинансирование кредита создает иллюзию выгоды, но на практике приводит к значительной переплате через скрытые комиссии, страховки, оценку имущества и нотариальные услуги, которые в совокупности могут нивелировать экономию, если разница в процентной ставке менее 3 пунктов. Во время переходного периода рефинансирования действует повышенная ставка на необеспеченный кредит, а увеличение срока обслуживания долга многократно увеличивает итоговую переплату. Банки активно предлагают увеличить сумму кредита сверх необходимого, что создает дополнительное заимствование с соответствующими процентами, а отказ в перекредитовании фиксируется в кредитной истории и снижает возможность получения других кредитов. Рефинансирование становится убыточным, когда остаток долга или срок кредита оказываются слишком малы, так как основная часть процентов уже выплачена, а дополнительные расходы съедают всю экономию.

Кредитные каникулы тоже не являются решением проблемы долга, а лишь откладывают его и портят кредитную историю, поскольку факт оформления льготного периода фиксируется как реструктуризация и снижает доверие других кредиторов. Банк блокирует доступ к новым кредитам в период действия каникул, заемщик может потерять право на отсрочку, если доход снизился менее чем на 30% или сумма кредита превысила установленные лимиты, а любые просрочки платежей во время льготного периода автоматически портят кредитную историю. 

В итоге оба инструмента не решают финансовые трудности, а увеличивают общую переплату и создают долговую ловушку: заемщик платит больше комиссий и процентов, теряет доступ к другим кредитам и оказывается в более тяжелом финансовом положении, чем до обращения в банк.

Миф: статистика роста банкротств связана с ростом МФО

В 2024–2025 годах Банк России последовательно реализует политику «охлаждения» рынка, фактически проводя его «зачистку». Рынок микрофинансирования сжимается количественно, но консолидируется вокруг крупных игроков (часто связанных с банками). Мелкие компании массово уходят. На конец 2025 года в реестре ЦБ находится менее 897 МФО — это исторический минимум за все время ведения реестра. С 2014 года, когда в России работало 4200 МФО, рынок потерял почти 80% участников. По прогнозам регулятора, к концу 2026 года на рынке может остаться примерно 700 компаний.

Этот экспоненциальный отток объясняется серией беспрецедентных ужесточений со стороны Центрального банка. С 1 июля 2025 года максимальная переплата по займам снизилась с 130% до 100%, а с 1 января 2027 года вступит в силу правило «один дорогой займ в руки» (ПСК выше 100% годовых) с обязательным трехдневным периодом охлаждения между переоформлением кредитов. Одновременно запрещены «цепочки займов» — типичная ранее практика, когда клиент брал новый заем для погашения старого. С сентября 2025 года ужесточены требования к идентификации клиентов и контролю платежей, а с марта 2026 года вводится обязательная биометрическая идентификация через государственную систему — требование, которое поглотит огромные инвестиции в IT-инфраструктуру. Финансовые результаты отрасли отражают болезненность переходного периода: в первом полугодии 2025 года чистая прибыль МФО упала на 5% год к году, при этом уровень просроченной задолженности свыше 90 дней возрос до 28,3%. Рентабельность бизнеса сжимается, особенно для независимых МФО, которые не получают поддержку материнских банков. В I полугодии 2025 г. чистая прибыль МФО упала на 5% год к году. Около трети компаний работают с нулевой рентабельностью или в убыток. ЦБ внедрил несколько жестких механизмов, которые делают бизнес-модель мелких МФО («займы до зарплаты» под высокий процент) нерентабельной. 

Рост количества банкротств связан не с ростом МФО. МФО стало в разы меньше. Рост количества банкротств связан в большей информированностью людей о законах, правах и обязанностях.

Миф: налоги и штрафы не списываются

Федеральный закон № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» устанавливает, что при признании гражданина банкротом прекращаются все его денежные обязательства, за исключением прямо перечисленных в законе (алименты, компенсация вреда жизни и здоровью, преступные долги).

Налоговые обязательства в этом перечне исключений не фигурируют. Это означает, что при завершении процедуры банкротства налоговые долги подлежат списанию. ФНС обязана признать их безнадежными к взысканию и исключить из своих учетных систем.

Государство специально разработало процедуру банкротства для ситуаций, когда человек потерял платежеспособность. Если гражданин физически не может платить, принудительное взыскание становится неэффективным и морально разрушающим.

На практике через банкротство списываются задолженность по НДФЛ (в том числе при самостоятельной уплате), налог на имущество физического лица, транспортный налог, земельный налог. Для ИП: списываются налоги согласно выбранной системе налогообложения, страховые взносы, пени и штрафы.

Единственное ограничение: если налоговые органы докажут, что задолженность возникла в результате преступных действий (мошенничество, уклонение с признаками преступления), то такой долг не будет списан. Но в подавляющем большинстве случаев гражданин просто не мог платить, и долг списывается полностью.

Миф: коллекторы — это не так страшно

Действительно, коллекторы бывают разными, как и все люди. Тем более государство за последние годы озаботилось беспределом, который часто устраивали коллекторские агентства, и теперь регулирует их деятельность законом № 230-ФЗ. Но, к сожалению, многие должники по-прежнему сталкиваются с правовым беспределом со стороны недобросовестных коллекторов. Мы это знаем непосредственно от наших клиентов. Поэтому фразы «звонки 10-15 раз в день» — это не манипуляция, а порой даже сильное преуменьшение. Регулярно наши клиенты выкладывают скрины и фото того, что им пишут, какие письма с имитацией пятен крови на конверте шлют и как звонят по 60-70 раз в день, вместо предусмотренных законом не более одного раза в день, двух раз в неделю и восьми раз в месяц. Важно уточнить, что есть и добросовестные коллекторы, которые соблюдают все законы.

Миф: банкротство побуждает людей к уходу от долгов вместо их осознанного управления

Наша цель — повысить финансовую грамотность закредитованного населения в стране со сложной экономической ситуацией, а не научить их безответственности. Мы знаем, кто такие в большинстве своем потенциальные банкроты. Почти всегда — это самые обычные люди, не безответственные маргиналы, не преступники, не хулиганы. 

Банкротство — это не крайняя мера, а законный способ выйти из сложной ситуации, инструмент финансового планирования, который разработало государство, чтобы у огромной массы людей была возможность начать заново свою финансовую жизнь. Это один из самых социальных законов, принятых за последнее время, который к тому же выгоден государству, поскольку позволяет вернуть в активную экономическую жизнь сотни тысяч налогоплательщиков.